www.ili-nat.ru

  • Full Screen
  • Wide Screen
  • Narrow Screen
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size

Владимир Скулачев. Жизнь после жизни

Печать

Опубликовано в журнале "Студенческий меридиан", №5, 2007
Автор: Наталья Емельянова (Ильина)

akademik_skulachevСенсационный предвестник бессмертия – капли от двенадцати старческих болезней – презентовал на фестивале науки МГУ академик Владимир Скулачев, директор Института физико-химической биологии МГУ и декан факультета биоинженерии и биоинформатики. Еще немного, допускает ученый, – и на Воробьевых горах найдут средство от старения. Блеф или наконец-то реальность?

Кишка Мечникова
Академик бросил перчатку времени. Дескать, стариковская немощь – болезнь, и лечить ее надо, как насморк. Не бессмертия добиваясь, а всего лишь продления молодости до библейских рубежей. Уже это – шаг вперед в поисках вечности.

Еще при царе-горохе ожидали бессмертия, в расход предлагали пустить все живучие «вещества», начиная с тысячелетних лягушек, по рецепту китайского мудреца Гэ Хуна истолченных в порошок и схомяченных натощак (приятного аппетита!) Фантазии «золотого века»: охладить тело человека до «божественных» тридцати трех градусов – и, смотришь, сапиенс сохранится семьсот лет.

Советские ученые достичь мафусаиловых седин пробовали новыми подручными средствами – гормонами, биостимуляторами, электромагнитными полями и даже диетами. Последствий не дождались. Как, впрочем, и гениальный Илья Мечников, в чьих заметках обитатели толстого кишечника – вредные бактерии – фигурировали как главные виновники смерти. Войну вредителям ученый предлагал объявить радикальную – отрезать пищеварительный орган, и точка! Впрочем, сам он спасался несомненно полезным кефиром.

Тогда же Александр Богомолец предлагал цитотоксические сыворотки. Профессор ожидал, что «молочный продукт» повысит сопротивляемость организма болезням. В лаборатории, где получили небольшое количество вещества, позже названного «сывороткой Богомольца», родилось учение о соединительной ткани. Все это – и вопросы иммунитета, и проблемы эндокринологии, связанные с обменом веществ и действием желез внутренней секреции, – ученому зачли. Богомольца послушали, дали ему средства для продолжения исследований на тему вечной жизни. Но сам профессор умер, не дожив до семидесяти. Сталин чуть сукно на столе не порвал: «Мерзавец, обманул!».

Сейчас и кулаком никто не стучит, и деньги под проект бывший выпускник физфака МГУ Олег Дерипаска дает не в пример сталинским – 120 тысяч долларов в год – так, чтобы хватило и на материалы, и на оборудование, и на зарплату ученым.

Вырубить программу
Главное, уверены ученые, – найти и обезвредить ген старости. Старение, а значит и смерть, придуманы эволюцией.
– Простой пример, – говорит биолог, – есть два зайца, умный и глупый. Пока молоды, оба без проблем убегут от лисы. Но подкатит старость, умник сообразит, как удрать от врага, и наплодит еще кучу толковых зайчат, а дурак загремит в лапы хищника. Останься зайчики вечно молодыми, эволюция не сработала бы.

Миром правит альтруизм, и в этой мысли декан биофака не одинок. Его упрекают в отступничестве от дарвинизма, хотя сам Дарвин как раз жертвенность считал главным козырем в борьбе видов за место под солнцем. И вслед за природой приоритет отдавал тем, кто играл в ящик, уступив место племени младому и незнакомому. Тем же бамбукам, которые лет сто не подают признаков старения, плодятся и размножаются, пока однажды, уронив семена, не засыхают навечно. Или осьминогам, чьи влюбленные парочки действуют слаженно: самец подсаживает подружке сперматофор и умирает, а самка, исполнив долг материнства, следует за ним.

Вместо привычной геронтологам идеи о смерти как результате накопленных случайных ошибок Скулачев предлагает свою «крамольную» мысль – о программе старости, которая стартует сразу, как только организм перестает расти, – в двадцать, а то и пятнадцать (!) лет. А если старость – программа, не мешало бы ее «вырубить».

Логика проста: все, что нужно, мы имеем в избытке. Вечный мозг? Пожалуйста – придумали компьютер. Выпал зуб – на тебе пломбу. Нужно взлететь – строим самолет и не ждем миллионы лет, пока за спиной отрастут крылья. Ответ оппонентам – тем, кто в зале цокал языками, – как выстрел в мушку:
– Человечество давно уже плюнуло на черепаший ход эволюции и приспособило мир к себе.

Меч самурая
– Программа старения, а значит и смерти, прячется в маленьких органеллах клеток нашего организма – митохондриях, – лазер в руках Скулачева обвел «букашкину» ножку.
«Ножки» эти на самом деле крошечные, даже в лупу не разглядишь. Но действуют, как большие электростанции: ежедневно перемалывают по четыреста литров кислорода, преобразуя «ресурс» в жизненную энергию. И как на любом производстве, в митохондриях не обходится без отходов: не весь «продукт» идет в «топку», часть бодрящего кислорода отказывается превращаться в молекулу воды и вместо нее образует сильнейший окислитель, почти яд – так называемые радикалы гидрооксида. skula4ev_interviewОни проникают сквозь клеточную мембрану и бьют по генам, которые эволюционировали миллиарды лет. Клетка, конечно, как может, отбивается, но однажды сдает и делает себе харакири. Исключительно из альтруистических побуждений – чтобы не размножиться и не повредить ген.
– Иностранные коллеги называют этот процесс апоптозом – запрограммированной смертью. Я – самурайским законом биологии: лучше умереть, чем раз ошибиться. Но суть одна: клетка кончает с собой, когда на генном уровне вылезает масса повреждений и маячит нешуточная угроза всему организму.
Бывает еще и коллективное самоубийство клеток, и даже суицид целых органов, – сделал паузу оратор, и в воздухе лектория натянулась струна...
– Добровольно, – не моргнув, продолжал Скулачев, – счеты с жизнью сводят хвост и жабры у эмбриона человека в утробе матери, когда осознают свою никчемность. И мышцы дряхлеют, а с ними мозг, сердце, печень и вообще все ткани – от частых клеточных харакири. Отсюда дисфункции и прочие старческие бяки, которых можно было бы избежать, если бы не «меч самурая», полезный во всех отношениях, особенно в случае раковых клеток: уж здесь апоптоз – надежда и оплот организма, ослабшего и съехавшего с шестеренок.

Вечно живые
Мировая наука утвердилась во мнении о самоуничтожении отдельной клетки, но с идеей Скулачева о суициде целого организма соглашаются немногие. При том, что еще в 2002 году британцы Сидни Бреннер, Джон Салстон и американец Роберт Хорвиц получили Нобелевскую премию за открытие «гена смерти» у червя нематоды, а позже механизм самоубийства обнаружили и у более сложных существ.
– У тех же океанских и морских птиц, – напомнил лектор о «вечном» альбатросе. – Это вам не круглые червяки: здравствуют по полтиннику и умирают неожиданно, без всяких признаков старения.
Рыбы – щука и камбала – растут всю жизнь и со светом прощаются молодыми. Более двух веков шастает по водам Атлантики гренландский кит и ласты склеивает неизвестно от чего. Ученый спешит с резюме:
– Стоит избавиться от неприятелей – в нашем случае от вредных бактерий и жизненной неустроенности, – и смерть уже не нужна.
Осталось раз и навсегда отменить унизительную старость. Но как? – зреет главный вопрос.

Электровоз молодости
Как заставить «электростанции» митохондрий не травить ядом все живое вокруг? Медицина давно придумала спасительные антиоксиданты. Говорят, препараты гасят ядовитый кислород и реально продляют жизнь. Но и они, увы, не совершенны.
Не рискуя совершать манипуляции с «геном смерти», ученый и компания занялись кислородом-отравителем. Нашли некие положительные заряды, с легкой руки американских коллег названные «ионами Скулачева», которые легко просачиваются сквозь защитную мембрану нашей клеточной «электростанции». Дальше чистая физика: минус тянется в плюсу (антиоксидант к оксиданту). И, как результат, внутри митохондрии накапливается сильный отрицательный заряд, способный убить на корню «издержки» кислородного производства. Но опыты скулачевского коллеги, англичанина Мерфи, показали: да, можно шарахнуть током и почистить клетку изнутри, но ее внешний вид исказится немыслимо. Даже небольшое количество ионов, если ввести их мышке, сразит ее наповал.

В МГУ и научных кубриках Питера и Новосибирска пошли дальше – прицепили к иону-электровозу некое синтезированное вещество, мощностью в разы больше любого антиоксиданта. «Грузик» добавил ядовитому кислороду лишний электрон и – о, чудо! – его обезвредил. Не успев за пару дней жизни потрепать даже клетку.
– Мы же в опасные игры играем, – поскромничал академик. – Если что, программу легко «вырубить».

Мерины да прозреют
Заявление звучало бы голословно, если бы не видеодемонстрация скулачевских «чудес исцеления». Мерин Машук ослеп на горе хозяину-каскадеру. Специалисты из Ветеринарной академии имени Скрябина только руками развели.
– Можно попробовать капли Скулачева, но гарантии не даем...
Закапали по одной в каждый глаз, реакция – ноль. Вкатили «лошадиную» дозу – четыре капли, и... мерин прозрел, даже попытался лягнуть ветеринара.
Чудо-капли, конечно, еще не вожделенный «эликсир бессмертия», но вот факты, они уже на экране: синтезированное вещество замедлило или даже обратило вспять развитие двенадцати признаков старости у братьев наших меньших. В их числе остеопороз, нарушения формулы крови, а еще катаракта и дистрофия сетчатки глаза, половине стариков знакомые не понаслышке.

Случай с мерином совсем не единственный. На «картинке» кролики и морские свинки жуют травяную жвачку и шарахаются от чьих-то мозолистых рук. А недавно не видели даже миски. Но всего несколько капель «живой воды» Скулачева – и два десятка несчастных слепцов увидели свет. Исцелены девять из тринадцати незрячих собак, три из четырех слепых кошек и шесть из шести зайцев.

Победа над старостью казалась неполной, пока союзники Скулачева из 32 (!) академических институтов втрое не продлили жизнь аквариумным рыбкам, червякам, безотказным мухам-дрозофилам, а за ними и мышкам. На очереди приматы, а потом, ясное дело, – сам человек.

Работа на годы вперед, но если гипотеза подтвердится, группа Скулачева обещает накинуть еще лет эдак семьсот сверх отведенного нам Богом или природой. Пока же максимум, что в планах, – клинические испытания лекарства в онкологии и кардиологии. И еще... открытие заводика по производству «живительного» средства. Если дело пойдет в гору, обещает Скулачев, уже через год «эликсир молодости» попадет на ветеринарные полки. И наши питомцы забудут про слабость мышц и катаракту.
А как же люди? – повис в зале вопрос. Ученый извлек из кармана банку с чем-то коричневым, но показал ее издалека:
– Принимать их пока еще рано: нужно пройти весь цикл клинических испытаний. Конечно, мы мечтаем изобрести лекарство от старости вообще, но спасибо, что почистим хотя бы митохондрии – самое грязное место в организме. А теперь - уже смело могу говорить - излечим и от дистрофии сетчатки и массы иных возрастных патологий. Кстати, уже поставлены опыты над шейкой матки женщины: ее клетки теперь заблокированы от харакири.

Обманем эволюцию
Результат потряс не только гинекологов. Заявление встряхнуло всех, из зала посыпались вопросы. Побочные действия препарата? Нет ли риска в их применении? Разумеется, нет – вещество неканцерогенно, а значит и вреда приносит не больше, чем аспирин. Публика распалялась: еще неизвестно, как вышибание гена скажется на наших потомках!
– И все-таки природа не любит вмешательства, – не выдержал мой сосед.
– Грубого – да! Был поучительный случай: ученым дали задание ускорить рост осетров. Опыт, к счастью, ставили не на ценных породах, а на аквариумных рыбках. Генетически модифицированные самцы выросли крупными и по рыбьим меркам очень импозантные, но совершенно бесплодные. Природа отомстила, но ведь наука прислушалась к ней, от гена роста у рыб отказались. Те же гены-убийцы у человека: вопрос – не рубить их с плеча, а как подменить искусственным, гуманным геном.
Существует более десятка вариантов апоптоза, мы же боремся только с одним, запускаемым от активных форм кислорода. Скажу больше, в ходе опытов мы победили некоторые виды рака у мышей – те, что связаны с ядовитыми радикалами.
– Вы обманываете эволюцию! – вскипел оппонент.
skula4ev-bessmertie– Наша эволюция – путь в неизвестность. Вдруг она ведет нас к катастрофе, и человек, выполнив какую-то свою миссию, исчезнет, как вид. Разве мы не вправе регулировать свое будущее?
– Может, у нас в ходе развития откроются телепатические или иные паранормальные способности? – подловил академика ворчун.
– А может, закроются и те, что уже есть? – парировал академик.
Намек на спонсорство Дерипаски разрядил обстановку. Что, если выживут одни олигархи? Зал грохнул, но Скулачев и бровью не повел:
– Никаких дорогих или дефицитных «эликсиров молодости» – вещество хоть и сложное, но не требует сверхмощных синтезов.
Короче, вечная молодость обещана всем, и она уже не за горами.

Постоянна прописка материала здесь

You are here: portfolio мое научпоп Владимир Скулачев. Жизнь после жизни